Китай сталкивается с парадоксом
Китай сталкивается с парадоксом, который ставит под сомнение традиционные подходы к экономической политике. Правительство вводит дополнительные средства в финансовую систему, стремясь стимулировать кредитование, тогда как главный тормоз экономики — не дефицит ресурсов, а нежелание домохозяйств и предприятий брать новые долги.
Истоки несоответствия
Истоки этого несоответствия уходят в продолжающийся кризис на рынке недвижимости, разразившийся после лопнувшего пузыря. По оценкам, в стране насчитываются десятки миллионов пустующих жилых объектов, тогда как цены на жилье продолжают снижаться: падение цен на жилую недвижимость наблюдается во многих крупных городах.
Обратный эффект богатства
Поскольку сектор недвижимости аккумулирует значительную долю благосостояния домашних хозяйств — порядка большинства их богатства — обесценивание недвижимости создает обратный «эффект богатства»: снижение стоимости основного актива побуждает потребителей сокращать траты, даже если их доходы не изменились. Это проявляется в дефляционном давлении в экономике, когда домохозяйства предпочитают накапливать сбережения вместо потребления в условиях растущей неопределенности относительно своей собственности.
Промышленные инвестиции
Одновременно другой столп китайской модели роста — промышленные инвестиции, поддерживаемые масштабными государственными стимулами — продолжают наращиваться. Проблема в том, что производственные мощности растут быстрее, чем спрос, особенно внутренний, способен их поглотить. Фабрики вынуждены конкурировать за ограниченный рынок, что сжимает маржинальность и заставляет снижать цены, чтобы сохранить долю рынка и выжить. Индекс цен производителя фиксирует значительные спады, отражая именно избыток производственных мощностей.
Давление на цены
Таким образом, два ключевых двигателя экономики — недвижимость и промышленное производство — одновременно давят на цены вниз. Сочетание негативного эффекта обесценивания активов и избыточной производственной мощности объясняет, почему Китай на протяжении нескольких лет сталкивается не с инфляцией, как многие другие экономики в постпандемический период, а с дефляционными тенденциями.
Шаги Пекина
В ответ Пекин предпринял шаги по наращиванию предложения кредита. Министерство финансов объявило о крупной капитализации государственных банков и страховых компаний, включая учреждения страховщиков в программу впервые. Крупнейшие государственные банки должны получить значительные вливания для восстановления капитала. Страховым компаниям также будут выделены средства, чтобы остановить ухудшение показателей достаточности капитала, которые рекордно сократились за год.
Аргументация власти
Аргументация власти проста: более капитализированные финансовые институты смогут активнее выдавать кредиты и ускорить списание проблемных займов, что способствует «очищению» балансов, пострадавших от затянувшегося кризиса недвижимости. Однако ключевой момент требует особого внимания: основное ограничение кредитования в Китае вовсе не всегда заключается в нехватке капитала у банков, а в слабом спросе на займы.
Ограничения в доступе к финансированию
Семьи с обесценившимися ипотечными активами и компании придавленные снижением маржи не только ограничены в доступе к финансированию — многие просто не хотят увеличивать долговую нагрузку в условиях ухудшающихся ожиданий. Поэтому рекэпитализация банков и страховщиков представляет собой меру со стороны предложения, адресованную проблеме, корни которой в основном лежат на стороне спроса.
Системные риски
Это не означает, что мера лишена смысла: она снижает системные риски, укрепляет уязвимые институты и создает условия для более активного кредитования, когда восстановится доверие. Но в одиночку такие шаги вряд ли переломят цикл низкого потребления, избыточных производственных мощностей и ценового давления, который продолжает оказывать тормозящее влияние на экономику.
Ключевой тест экономической политики
Ключевой тест экономической политики Китая состоит в том, удастся ли властям сместить центр тяжести модели роста — исторически опиравшейся на инвестиции и экспорт — в сторону семейного потребления. Пока этот переход не будет достигнут, меры по докапитализации будут действовать скорее как амортизатор финансовых рисков, нежели как полноценный двигатель устойчивого экономического восстановления.
